Обряд посвящения[Rite of passage] - Джон Пассарелла

Бобби припарковал машину за темно–зеленым «Эль Камино», почти таким же старым, как «Монте — Карло», но в лучшем состоянии. Рядом стоял серебристый «Додж Рэм», на десяток лет старше своего модельного года. Чтобы не перекрывать дорогу обоим автомобилям, Дин припарковался за машиной Бобби.

— Говорить буду я, — сказал Бобби. — По крайней мере, пока ситуацию не прощупаю.

Дин изобразил жест «только после вас», и они с Сэмом вслед за Бобби направились к крыльцу, но остановились у нижней ступеньки. Бобби постучал костяшками в дверь, однако никто не ответил.

— Тащи сюда свою задницу, Рой! Это Бобби Сингер!

Дин взглянул на брата:

— Грубость из лучших побуждений?

Дверь распахнулась, и за ней обнаружился высокий мужчина в зеленой футболке, черном кожаном жилете, вылинявших джинсах и потертых ботинках. В бороде и длинных, завязанных в хвост волосах, блестела седина. Дин не сразу сообразил, что у него отсутствует половина левой руки — культя заканчивалась над тем местом, где когда–то был локоть.

Рой нахмурился:

— Я не глухой, старый ты ублюдок.

— Старый? — переспросил Бобби. — Чья бы корова мычала, не слышал такого?

— Я уже говорил, что завязал, Сингер. И снова ввязываться не хочу.

— А я и не прошу, Рой. Нам нужна крыша над головой. Вот и всё. Мы не будем тебя стеснять.

Не переставая хмуриться, Рой поскреб челюсть:

— Даже и не знаю.

— А я думал, мы договорились.

— Ничто не вырезано на камне, Сингер.

— Пару дней — вот и всё, что мы просим.

— А эти двое, — проговорил Рой. — Винчестеры, а?

— Сэм и Дин, — кивнул на них Бобби.

— Эти двое во всех новостях.

— Самозванцы, — объяснил Бобби. — Я тебе уже три раза по телефону говорил.

— Да, да, — начал уступать Рой. — Вы же меня втягивать не будете?

— Честное слово.

— Не хочу никаких проблем.

— Хотелось бы сказать, что мы сами на них не нарываемся, но ты в курсе, что это не так.

Сэм, который наблюдал за их перепалкой со все возрастающим беспокойством, шагнул вперед:

— Бобби, мы найдем другой вариант…

Вообразив продуваемую всеми ветрами хижину, с крысами под ногами и отсутствием канализации, Дин бросил на брата раздраженный взгляд «Ты издеваешься?»

Рой вздохнул.

— Пару дней, — сдался он. — Но на что бы вы не охотились, сюда это не тащите. И помощи не просите. Я вообще об этом слышать не хочу, если честно, — он выразительно помахал в воздухе культей. — Вот мое пенсионное удостоверение. Кончился порох в пороховницах. Я пас. Ясно?

— Кристально, — отозвался Бобби.

Рой шагнул назад и придержал дверь.

Пока Дин доставал из багажника сумку–холодильник, набитую пивом и чем покрепче, Сэм оглядел дом Демпси, надеясь, что его любопытство не слишком очевидно. Невысказанная боль Роя таилась на поверхности, под тонким слоем ледка эмоций, и Сэм сомневался, что он захочет отвечать на вопросы, которые заставят его обратиться к травматическим событиям прошлого.

Стены из темного дерева поглощали весь свет, и в доме — в тон настроению Роя — царил полумрак. Или, может быть, наоборот. Перед гостиной располагалась кухня — стойка, табуреты, ведущая наверх лестница. Слева находилась отдельная обеденная зона, справа — камин. Дом выглядел истинно холостяцким — ни цветов в вазах, ни других следов женской руки — но чистым и прибранным. У двери стояла вешалка из красного дерева, на полу лежали декоративные индейские коврики, а над плитой висели большие аналоговые часы. Обстановка была эффективная, но почти безликая, как на съемной квартире, а Рой казался скорее управляющим домом, чем его владельцем.

Единственными личными предметами были висящие в ряд фотографии около кухни. На одной молодой Рой с волосами до плеч обнимал привлекательную брюнетку. На другой та же женщина держала в руках маленького мальчика. На третьей этот же мальчик — уже юноша лет двадцати — стоял перед зеленым «Эль Камино», с улыбкой и болтающимися на указательном пальце ключами. На четвертой фотографии он стоял навытяжку — в полицейской униформе и серьезным выражением лица.

Мимо прошел Дин, направляясь с холодильником на кухню. Он заметил привлекшую внимание брата карточку.

— Коп? — прошептал он и покосился в сторону, где Бобби тихо беседовал с Роем, пытаясь, очевидно, наладить отношения.

Тряхнув головой, он занес холодильник на кухню и водрузил на стойку.

Вспомнив «Эль Камино» во дворе, Сэм спросил у Роя:

— Ты один живешь?

— Что с того? — ворчливо отозвался Рой.

— Да ничего, — сказал Сэм. — Увидел «Эль Камино» на фото.

— Машина сына, — мягче проговорил Рой и подошел к Сэму. — Его убили четыре года назад.

— Соболезную, — растерялся Сэм.

— Лучший в своем классе, — гордо сказал Рой. — Работал копом здесь, в Лорел — Хилле. Меньше года. А как–то вечером остановил кого–то за превышение скорости, — он откашлялся и поиграл желваками, сдерживая эмоции. — Стоял там, проверял лицензию, регистрацию, страховку. Как всегда, а? Десятки раз такое делал. Только тогда появился еще один водитель. Свет ослепил. Ему под восемьдесят было. Уилфред Бэнкс. На самом деле, слишком стар, чтобы водить. Сбил моего мальчика и протащил еще метров двести, прежде чем разобрался, куда на тормоз жать.

— Мне жаль, — повторил Сэм.

— Некоторые люди не понимают, когда пора остановиться, — сказал Рой больше себе, чем Сэму. — Старый ублюдок прожил еще два года после того, как убил моего мальчика, — он мрачно кивнул и поскреб подбородок. — А теперь еще одни похороны.

— Рой? — к ним подошел Бобби.

— Теща. В другом штате.

— Когда похороны?

— Завтра, — сказал Рой. — Выезжаю через несколько часов. Хочу, чтобы к моему приезду дом никуда не делся.

— Передай мои соболезнования ее родственникам, — проговорил Бобби.

— Сомневаюсь, что буду с ними разговаривать, — Рой собрался уходить. — Мать Салли так и не простила меня за ее смерть. Но надо съездить попрощаться.

Больше ничего не сказав, он пересек гостиную, вошел в хозяйскую спальню и тихо прикрыл за собой дверь.

Сэм вопросительно посмотрел на Бобби. Загрузив запас спиртного в холодильник, Дин открыл несколько бутылок пива и предложил Сэму и Бобби по одной.

— Лет пятнадцать назад, — прошептал Бобби, не отводя взгляда от двери спальни, — он охотился на гуля в Филли[8]. Гуль убил Салли и покромсал ему руку.

— А почему теща его винит?.. — спросил было Дин, но догадался сам. — Потому что он взял на охоту жену?

Бобби кивнул: